ОБРАЗОВАНИЕ | КУЛЬТУРА | ИСКУССТВО
Игорь Бутман:
"Джаз в нашей стране звучал всегда"
Саксофонист, народный артист Российской Федерации и директор Академии джаза
Игорь Бутман о методах преподавания, планах по созданию авторской программы
и об отношении к новому поколению музыкантов.
Д: Игорь Михайлович, здравствуйте!
Начать разговор с вами хотелось бы, конечно, на тему Академии джаза.
Недавно Академия открыла прием заявок на программы среднего профессионального образования. Расскажите о порядке поступления подробнее.


И.Б.: Тут все просто. Желающим надо зайти на сайт нашей Академии, заполнить анкету и прислать ее нам вместе с видеоматериалами, где вы исполняете какое-либо произведение, чтобы мы смогли увидеть ваш уровень. На основании полученного материала мы будем давать рекомендации касательно поступления и расскажем о процессе подачи документов. Пока неясно, когда откроется Академия и когда мы сможем назначить приемный экзамен. Но зайдя на сайт академии уже сейчас можно начать сам процесс.

В приемной комиссии буду лично я и мои коллеги – наши педагоги, заместители, люди, которые имеют большой опыт в преподавании. Отбирать абитуриентов будут опытные и хорошие преподаватели. Каждый из них будет смотреть материалы по своему инструменту, например, Эдуард Зизак – по ударным инструментам, а Павел Овчинников – по духовым,
и так далее.
«Чтобы открыть для себя новый вид искусства,
не требуется много времени. Главное – желание»
Д: Проводятся ли в Академии мероприятия, на которых учат правильно слушать джаз? Иными словами, воспитываете ли вы своего слушателя?

И.Б.: У нас есть уроки музыкальной литературы, уроки истории джаза, на которых представлены живые примеры этого жанра. Студенты учатся одновременно и слушать, и играть. Чтобы открыть для себя новый вид искусства, не требуется много времени. Главное – желание. Многие, кто приходят к нам учиться, уже видят себя джазовыми музыкантами. Их учить слушать джаз не надо – они сами слушают его, чтобы совершенствоваться, улучшать свои музыкальные возможности. Сама атмосфера Академии указывает, что джаз является основой нашего образования. Мы воспитываем профессионалов, которые будут играть его.
«Мы бы хотели избавить музыкантов от страха перед импровизацией»
Д: Могли бы вы поделиться интересными примерами из вашей практики руководителя Академии?

И.Б.: Наша Академия приняла эстафету
от Государственного училища духового искусства. Одним из первых нововведений стало то, что мы разрешили музыкантам совмещать инструменты: например, если музыкант играет
на кларнете, мы поощряем его желание совмещать кларнет с саксофоном. Оказалось, что музыканты, которые когда-то обучались в Государственном училище духового искусства, были вольно или невольно связаны с джазом: у них были свои проекты, ансамбли, на которые раньше не обращали внимание. А мы внимание обратили. Мы хотим поощрять желание наших учащихся создавать свои ансамбли и писать собственную музыку.

У нас есть один композитор, шестнадцатилетний парень, который уже написал пять симфоний. Когда мне рассказали о нем, я сразу отметил,
что если у человека есть время и талант на написание пяти симфоний, то мы не можем утратить его из виду. Поэтому я рекомендовал его моим коллегам, в частности, Николаю Левиновскому, одному из лучших джазовых композиторов нашего времени. Мы стали поощрять творческие порывы учащихся, а не только выполнение определенных упражнений.

С тех пор как училище стало джазовой академией, наш джазовый оркестр, духовой оркестр, детский духовой оркестр стали лауреатами всевозможных конкурсов и фестивалей, в частности, удостоились Грантов Мэра Москвы. Нам в наследство досталось потрясающее образовательное заведение, которое мы стремимся сделать еще лучше. Мы бы хотели избавить музыкантов от страха перед импровизацией. Надеемся, что сможем расширить нынешнее помещение для занятий, чтобы мы могли принять всех заинтересованных и дать возможность получить хорошее музыкальное образование.
Д: Вы упомянули, что не знаете, когда откроется Академия.
Как пандемия сказалась на работе самой Академии и на вас лично,
как ваш оркестр справлялся с отменой концертов?


И.Б.: Как и все, мы пострадали из-за отмены концертов. Бюджет нашего оркестра состоит из государственной субсидии и сборов с концертов. Но самое важное - мы не могли репетировать. Нас спасало то, что мы записывали свои выступления онлайн, играли из дома. Многие записи интересны с исполнительской точки зрения, и за их создание можно сказать спасибо сложившейся ситуации. За этот период мы многое посмотрели, послушали, проанализировали. Даже Международный день джаза - большой праздник, который мы отмечаем всей планетой 30 апреля - мы провели онлайн. Лично я каждую неделю проводил онлайн-встречи с подписчиками на своих страницах в Facebook и Instagram.

Я разговаривал со многими музыкантами, все готовятся и ждут не дождутся воссоединения - личное общение сложно заменить чем-либо. Также
и с Академией: преподаватели проводили онлайн-уроки, жизнь не стояла на месте.
«Благодаря новым технологиями выстроена огромная система коммуникации, и отказываться от этого глупо»
Д: Расскажите подробнее об онлайн-уроках в Академии. Ваше отношение
к дистанционному обучению в целом:
в каких моментах его можно внедрять,
а в каких – не стоит?


И.Б.: В нашей Академии работают настоящие профессионалы, которые владеют всеми современными технологиями. Были хорошие уроки по теории музыки, индивидуальные занятия. Сторонник ли я? Сейчас XXI век. Благодаря новым технологиями выстроена огромная система коммуникации, и отказываться от этого глупо. Бывают моменты, когда по разным причинам вы не можете прийти на занятие, и возможность провести урок на удалении – большое подспорье для всей системы образования.
В этой связи отрицать технологии и возможности, что они дают нам, говорить, что это плохо – неправильно. Для нас хорошо иметь такой вспомогательный инструмент, и раз мы живем в XXI веке, то должны настраиваться на дух и особенности именно этого периода времени.
Но уроки, которые проходят в аудиториях при личном контакте
с преподавателем, который может показать, как сыграть на инструменте, живое общение и обмен эмоциями – все это не заменить никаким компьютером.

В Академии мы пользовались многими онлайн-платформами. Zoom, WhatsApp, Skype – выбор огромный. Как это работало: сначала мы высылали друг другу метроном с обозначениями цифр в партитуре, музыканты записывали, посылали мне, я – другому музыканту,
тот накладывал свое. Это результативнее, чем играть в режиме реального времени. Подготовив домашнее задание, студенты связывались
с преподавателями в режиме онлайн и получали от них комментарии.
Д: Вы проводите прямые эфиры в социальных сетях. О чем вы рассказываете на них, кто аудитория ваших эфиров? Что вас сподвигло к такому виду коммуникации?

И.Б.: Во-первых, появилось свободное время. Я даю много интервью,
но не всегда в таком формате можно охватить весь спектр тем. Я уважаю профессию журналиста и интервьюера, но в разговоре с ними я отвечаю
на те вопросы, которые интересуют того или иного корреспондента. В этом плане я нахожусь в определенных рамках. Сейчас, при наличии свободного времени, я решил поговорить о вещах, которые знаю, но о которых меня никогда не спрашивали. Вспоминаю о дорогих мне людях, о которых уже никто не помнит: меня спрашивают, в частности, куда пропадают те или иные музыканты. Поэтому я с удовольствием принял такой формат онлайн-общения. Думаю, мои эфиры в социальных сетях приведут к возникновению на телевизионной или другой платформе программы о джазе, звездах джаза, джазовому образованию.

Благодаря этим эфирам я также отслеживаю интерес моей аудитории. Допустим, недавно я обратился к теме «Политика и артисты»: могут
и должны ли творческие люди находиться в политике, интересно ли их мнение политикам? Эфиры интересные, люди слушают с удовольствием,
мне это очень приятно, и я все больше задумываюсь над созданием своей собственной программы.

Я стараюсь меньше критиковать, больше находиться в конструктиве, разбирать проблемы и находить к ним решения. Моя аудитория – поклонники музыки, джаза, мои личные. Но я хочу расширяться, говорить
о сложных вещах. Некоторые люди недовольны тем, что музыканты могут взаимодействовать с властью и мне приходится долго объяснять, например, почему я являюсь доверенным лицом президента, мэра Москвы, губернатора Московской области и членом партии «Единая Россия».
Или почему я недоволен некоторыми джазовыми программами на канале "Культура". Я также выражаю свое мнение о музыкальной журналистике, музыкальном образовании, об отношении к джазу. Я говорю обо всем, что связано с моей профессией. А также рассказываю истории про встречи с великими российскими, советскими, американскими, французскими музыкантами, среди которых Мишель Легран, Пэт Метини, Олег Лундстрем, Вячеслав Назаров, Давид Голощекин, Геннадий Гольштейн. Говоря о них, всегда найдутся смешные, а порой и грустные истории.

  • Посмотреть прямые эфиры с Игорем Бутманом можно по ссылке.
Д: Сейчас, когда мир понемногу приходит в норму, какие, на ваш взгляд, изменения ждет музыкальное сообщество? Что может уйти безвозвратно, а что станет частью новой реальности?

И.Б.: Безвозвратно уйдет свободное время, которое было. Уйдет образ пустой Москвы без машин и с чистым воздухом. Вернется суета, у нас снова не будет возможности отдохнуть, оглядеться, расслабиться. С одной стороны, мы не можем жить без активной деятельности, с другой – будем тосковать по этому созидательному периоду. Многие вещи, с которыми мы столкнулись в период пандемии, показали нам, что, возможно, стоит немного притормозить, оставить время на себя и на близких, убрать
из жизни суету, понять, что ничто никуда не денется и все можно успеть.

В нашей репетиционной студии мы сделали несколько концертов для эфиров, которые прошли на Международном дне джаза. Мы записали некоторые композиции для мирового показа. Должен был состояться гала-концерт в Кейптауне, который в итоге прошел из студий и домов самих исполнителей. Мы записали концерт для гала в Линкольн-центре для моего друга, музыканта Уинтона Марсалиса. Когда мы, находясь на расстоянии друг от друга, делали свои записи, мне стало очевидно, что такой способ передачи музыки в формате прямого или непрямого эфира можно использовать и в дальнейшем. Для этого мы оборудуем нашу студию необходимыми девайсами, которые обеспечат качественную запись звука
и картинки. Мы ставим для себя новые творческие задачи. Прямые эфиры
во время пандемии стали предтечей моей будущей передачи о джазе,
а в обычной жизни у нас просто не было на это времени.
«Джаз в нашей стране звучал всегда»
Д: Кстати о свободном времени.
Как лично вы использовали его?


И.Б.: Много внимания я уделил ознакомлению с новым репертуаром, больше обычного играл на инструменте. Изучал произведения, до которых раньше не доходили руки, смотрел фильмы, сериалы, музыкальные фильмы, концерты.

Если говорить о моих любимых кинолентах, я бы отметил такие культовые, как «Вестсайдская история», «Три дня Кондора», «Двое в городе» с Аленом Делоном. Еще обожаю советские ленты. Я смотрю отечественные фильмы 60-70-ых годов, периода, когда были условные гонения на джаз, и слышу, что в этих кинолентах звучит много отечественной джазовой музыки. Профессиональной, записанной с оркестром. Из этого я делаю вывод,
что джаз в нашей стране звучал всегда.

Есть совершенно обаятельные фильмы подобного жанра: «Мы из джаза»
и «Веселые ребята». Еще я очень люблю фильмы, в которых звучит музыка Андрея Петрова. Если говорить непосредственно о лентах про джаз, стоит посмотреть «Птицу» о Чарли Паркере, «Знаменитые братья Бейкер», французский фильм «Около полуночи», в которых звучит прекрасная музыка и показана жизнь музыкантов. К сожалению, во многих фильмах у джазового музыканта образ алкоголика, который вечно пьет и умирает
на барной стойке. Мне не очень нравится, как показана жизнь героя «Ла-Ла Ленд», где рассказывается не о становлении и успехе музыканта, а о его ошибках. Образ создается не самый позитивный. «Зеленая книга» тоже сомнителен на положительного героя. Отмечу, что в нашем фильме «Мы из джаза» все персонажи трезвые. Только пива чуть пригубили.
Д: На каком инструменте вы играете - какому производителю отдаете предпочтение?

И.Б.: С начала карьеры я мечтал о саксофонах французской марки Selmer. Она также имеет патент американский и английский, но на сегодняшний момент производство Франции лучше в той же мере, как Steinway гамбургский лучше нью-йоркского. И вот какое-то время назад у меня появился саксофон Selmer. Также я играю на отечественных инструментах музыкального ателье Гончарова. Еще у меня есть инструмент итальянского мастера, проживающего в Нью-Йорке, Роберто Ромео. Использую японский инструмент Yamaha, на котором клавиши расположены идеально для моих рук. У меня есть четыре инструмента, на которых я играю по очереди.
Д: Какие музыкальные жанры, помимо джаза, вас вдохновляют?

И.Б.: Я прекрасно отношусь к рок-музыке. Я воспитывался на ней и даже играл в свое время. Я записывался с группами «Аквариум», «Кино». Электронную музыку я люблю меньше, но, если говорить об основоположниках этого жанра, то Weather Report мне очень близки. Мне нравится, когда есть музыка именно с использованием электронных инструментов, а не чистая электроника, простые биты. Главное, чтобы в музыке была мысль, а не восхищение электронными звуками. Последнее мне не очень интересно. Кстати, сейчас электронной музыкой занимается мой сын Марк, и что-то из его сочинений мне нравится. Моему сыну 11 лет, он учится в школе, но уже работает в программе Logic Pro, пишет биты, накладывает музыку. Также он играет на укулеле, а я пытаюсь заставить его обратиться к теории музыки.
«Современное поколение хорошее, хватает знания быстрее нас»
Д: Современное поколение музыкантов, которое, в частности, учится в вашей Академии, отличается от прежних поколений?

И.Б.: Мне очень нравится новое молодое поколение. И не только те, кто учатся в нашей Академии. В наш оркестр также приходят молодые музыканты. Они прекрасно обучены, у них есть опыт международного общения и у них больше возможностей познавать современный мир. Например, через Youtube. Современное поколение хорошее, хватает знания быстрее нас, но при этом имеет больше возможностей для этого. Порой эти ребята выглядят как слепые котята, которые, несмотря на наставления опытных людей, лезут туда, куда им не надо. Отходят от своих идей, только набив шишки. Но я думаю этот принцип работает у всех поколений. Порой сетуют на современную молодежь сравнивают с предыдущими, говорят, что мы были лучше. Но на самом деле мы поступали точно так же.
БЕСЕДОВАЛ: ДМИТРИЙ КОМАРОВ
Made on
Tilda